Отчёты о путешествиях   >
   Горный Алтай 2006 - Ак-Кем, Кучерла, Дорошколь

автор отчёта - Светлана Котлубинская.

Итак… АЛТАЙ.

Познакомились мы с зачинщиками этого мероприятия, как водится, в сети. Великий Могучий Интернет (да пребудет с нами его благодать) имеет сайтик Foto.ru, где я обнаружила горные снимки. Ну и спросила авторов – а откуда,  дровишки, собственно? Авторы, в некоторой степени фотоманьяки, мне ответили – а поехали. Покажем. Собиралась я пару лет. Все как-то не получалось… работа,  работа. Проза жизни.
И вот в этом году все же СОСТОЯЛОСЬ…

Получилась сборная солянка - барнаульцы, москвичи, питерцы, тверцы…(или как их? которые из Твери?)
Сначала – скоропостижные сборы и самолет. Давно не летала. Первая неожиданность в аэропорту – прошли досмотр, все проходят куда-то в терминал, носятся с какими-то синими тазиками. Что за тазики? Оказывается, надо снимать обувь и сдавать ее в этих тазиках на досмотр. Досмотрели. В кроссовках бриллиантов, взрывчатки и наркотиков не нашли, поэтому обуваемся и едем к самолету.

Совсем темнеет. В окошко видна светлая полоска неба. Самолет выруливает на взлетную полосу, начинает дрожать всем телом и шевелить крыльями (вернее, закрылками), как большой жук. Страшновато, если честно. Разбегается. Земля с огоньками уходит вниз. Фотографировать, конечно, нельзя… Но если очень хочется… То немножко можно. Светлая полоска неба с космической чернотой… И огоньки малюсеньких городков внизу. Обалденно.
Ночь получилась очень короткой. Лететь 3 часа, навстречу солнцу. Светлая полоска стремительно увеличивалась и вынырнуло Солнце. В Москве был час ночи. В Барнауле уже 4 утра. Приземлились в дождь и прохладную погоду.

Встречаемся в аэропорту с двумя ребятами, прилетевшими из Питера, и Леной из Москвы. Приезжаем в заранее оговоренный дворик частного дома, нас встречают зачинщики нашего похода: Костя, и хозяйка дома Люба, давняя ярая туристка, которая согласилась на сутки приютить у себя небольшую тихую компанию из 16 человек и их рюкзаков.
У нас есть 1 день для покупки продуктов, затаривания рюкзаков и прогулок по Барнаулу. Умиляет мороженое за 3 рубля и земляника по 10 рублей стакан. Потом вернулись в наш дворик, а там происходит дележка продуктов и запихивание их по рюкзакам.

Пол комнаты занимает внушительная гора банок, коробок, пакетов, мешочков... Утрамбовываемся. Около часа ночи засыпаем на всех свободных поверхностях гостеприимного домика Любы. 
В 5 утра у нас подъем, к 6 за нами уже подъезжает «Газелька» с прицепом. Усаживаемся. Рюкзаки едут в прицепе.
Ехать больше 14 часов... Горноалтайск, Бийск и еще около 800 км по Чуйскому тракту. Проезжаем место с памятным камнем, где погиб губернатор Евдокимов.

Периодически останавливаемся на трассе размять затекшие конечности, пожевать придорожных ягод, пирожков-чебуреков. Бабушки продают молоко, фрукты, мед. Чем дальше едем, тем местность все более напоминает горную.
Все время хочется фотографировать, но сдерживаю себя, понимая, что все еще только-только начинается. К вечеру, уже почти в темноте приезжаем в Тюнгур, последний поселок, дальше которого только тропы. У поселка – подвесной мост. Катунь мощно несет свои холодные пенистые воды. Наша  «Газелька» осторожно пробирается по качающемуся деревянному мосту. Здесь альплагерь. Договариваемся о ночевке.

В альплагере много экстравагантного народа. Иностранцы, какие-то йоги, какие-то бабушки с приличной современной горной экипировкой утром собираются вместе с нами на выход. Идут себе эдакие 5 бабушек, лет около 60, интеллигентного вида и совершенно без единого мужчины в группе. Это какого ж веса у них рюкзаки??? Наши мужики забрали себе весь основной вес и поделили очень даже щадяще... Нам – по 5 кг, а им – по 15 кг. еды.

Значит, бабушки тащат все сами. Сказали, что у них миссия. Мы уж не стали допытываться, какая именно. Говорят, здесь не просто горы. Места шаманские. Энергетические. Рериховские. Местные жители говорят, что раньше к подножиям Белухи женщинам даже и приближаться было нельзя. Видеть ее нельзя было даже издалека.
И вот мы выдвигаемся.

У нас 2 полукольца, 2 ходовых недели. 

Сначала мы тащим весь свой двухнедельный запас провианта, потом на развилке троп мы должны спрятать  в укромном месте, и дальше - к Кучерлинскому озеру, потом еще выше, к озеру Дырыш-кёль, потом -  обратно к нашей заброске, если ее не съедят какие-нибудь медведи (хотя, говорят, медведи уходят подальше от людных троп). Хотелось бы надеяться.   

Рюкзаки, конечно, у ребят внушительные. Степке 16 лет, его почему-то посчитали как взрослого мужчину и нагрузили по полной программе. Рюкзачок у него маленький, явно не для Алтая, он мучительно пытается привязать многочисленные не влезающие пакетики и мешочки. Палатка болтается сбоку… я думаю, явно отвалится где-нибудь по дороге... И этот «взрослый мужчина» с заплетающимися ногами, качаясь, как тростиночка, идет креном, наклонившись под углом 45 градусов, и постоянно что-то отвязывается у него от прицепленных сверточков-пакетов. После первого часа ходьбы мужики сжалились и начали потихоньку отбирать у него отпадающие части рюкзака.
  
Ведет нас алтайский проводник Саша Николаев. Лет ему около 60, сухонький бородач совершенно европейского вида, не умолкающий, кажется, ни на 5 минут. Начал свои байки он рассказывать еще во дворе Любы в Барнауле. Потом водителю нашей «Газели» 14 часов подряд пришлось выслушивать истории о былых славных похождениях.

Костя, наш идейный организатор всего этого мероприятия, а также основной наш фотоманьяк. На животе у него висит еще один рюкзак килограмм около 5. Это фотик с многочисленными линзами, фильтрами, объективами…и не знаю еще, чего. Здоровенный штатив он по-дружески доверил нести товарищу из Питера, радость которого не имела границ. 

Надо сказать, Андрюха (который из Питера) - человек удивительного характера и постоянно в хорошем настроении. Нас обгоняют какие-то всадники. Эх… Хорошо им… Вокруг травы высотой с меня, обалденная красота, безумное цветение и земляничные поляны. Но жутко тяжелые рюкзаки. 
Вобщем, так мы пыхтели 2 дня.

И вот наконец-то долгожданная наша развилка!!! Где мы оставляем кучу продуктов и дальше идем, совсем облегченные. Встречаются люди экзотического вида. Бабушки с дедушками. Я не помню, чтобы в горах Кавказа или Тянь-Шаня было столько пожилых людей. Одна тетенька идет навстречу по тропе и несет кота. Выглядывает из-под клапана рюкзака эдакая рыжая толстая морда. В полудреме. Или в кошачьей медитации.

В нашей группе явное разделение по силам. Есть команда юных участников, 5 чел. которых наш проводник обозвал «Золотое копыто России». Им по 17-18 лет. Они скачут гораздо быстрее всех остальных и поэтому убегают далеко от всей группы. Вечером они потерялись…В темноте мы гадали, не разминулись ли мы с ними тропами? Хотя тропа идет вдоль по реке, но все же, она может раздваиваться. И что нам делать дальше? Идти вперед? Ничего уже не видно практически. Как далеко они убежали? Не вернулись ли они по другой тропе нас искать?
Вдобавок, в этот вечер мне на руку грохнулся рюкзак Николаева и своей металлической рамой чуть не выбил мне сустав большого пальца. Рука в минуту стала напоминать сардельку, я подвывала от бои и думала, что там наверняка перелом. Короче, вечер задался.

А вечером в полнейшей темноте, когда мы наконец встретились с потерявшимися, мы перессорились.  Они кричали, что нам все равно, где они и что с ними. Николаев пытался вразумить разбушевавшуюся молодь и объяснить, что отрываться от коллектива – не хорошо. После ужина страсти улеглись, все наелись, угомонились и улеглись.

Я пыталась развязать шнурки ботинок одной рукой. Как буду завязывать их завтра? Оказывается, как трудно быть с одной действующей рукой. Потом долго не распаковывался рюкзак и спальник... Не знала, куда ее девать, руку, чтобы не зацепить. Пальцы не шевелились совсем. Потом был незабываемый поход в кустики перед сном, но мы упустим эти романтические подробности.)

На следующее утро все уже были в нормальном настроении и состоянии, выглянуло солнышко, жисть наладилась, рука уже чуточку шевелила пальцами, шнурки завязывались, и мы пошли дальше. Все-таки солнечная погода делает все окружающее гораздо веселее!
И вот Кучерлинское озеро! Можно просто стать и балдеть на берегу не один час… 

«Гармония существует — как будто бы ни для кого. Ни для кого — полыхает вечернее небо пурпуром, и ветер яростно срывает пену с гребней волн. Ни для кого — от угрюмой тучи отрывается винт смерча и с силой ударяет в озерные воды. А потом — висит над перламутровой водой радуга, вибрируя в каплях дождя, — и тоже ни для кого. Какая самодостаточная и невероятная расточительность! Какое активное, нескончаемое движение! Иной раз вдруг подумается — а может быть, это для меня, для фотографа. Но кто я, случайный в этой тайге, жмущийся со своими фотоаппаратами к мокрой сосне и кутающийся от ливня в тонкий плащ? Может, это величие и мощь для двух зайцев, что играют по вечерам невдалеке от моего костра? Не знаю, может быть и для них, и для меня, и для этих древних елей, уставших от времени, и для этих напившихся дождя мхов. Но если сказать точнее, то все происходит не для нас, а с нами, и не зрители мы, а участники гармонии» (Виктор Грицук)

Фотографируемся. Все наши фотоманьяки разбрелись по кустам искать шедеврячие кадры. Решили героически искупаться. Купался первый доброволец быстро, и очень громко. За ним полезли и другие участники, орали тоже не менее радостно…Вода градусов 5. Может, 6.
Бодрящая такая, придает энергии. Обедаем, наблюдаем каких-то туристов у озера, занимающихся восточными единоборствами.
Чуть дальше отдыхают расседланные лошади алтайцев, они здесь курсируют от поселка и обратно. Местные жители в сезон занимаются извозом. «Таксуют».
Еще чуть дальше группа у палаток, практикующие йогу.
Дааааа... Ну и компании здесь подбираются. Наверное, что-то шаманско-энергетическое здесь есть, раз привлекает такую публику.

Долго-долго обходим это огромное красивейшее озеро. Хорошие тропы кончились. Лошади сюда уже не смогли бы пройти. Пробираемся по валунам. К вечеру в ногах уже нет уверенности, они почему-то предательски шатаются и подворачиваются, и вдобавок пошел дождь. А места для стоянки все нет и нет. Опять идем в темноте,  по мокрым камням. Андрюха спотыкается, падает на валуны:

  - Эх… Хочется мне сказать какое-нибудь слово… Или даже несколько…
  - И что бы ты сказал в таком случае?
  - Ну… Например, «И что же я раньше, дурак, красоты-то такой не видел?»

Стоянка традиционно, опять почти в полной темноте. 

В нашей группе идет одна беременная девушка, за ужином выясняется, что она решила отдохнуть пару дней и постоять с мужем здесь на озере. И подождать нас, пока мы сходим дальше к верхним озерам и через 2 дня возвратимся этой же тропой обратно. К ним присоединяется Лена, мы отсыпаем им на 2 дня еды,  делим котлы,  и вот с утра мы выдвигаемся без троих участников. Рука моя уже гораздо лучше, я даже снимаю с нее эластичный бинт.

Переходим вброд ледяную речку. Ноги просто скручивает от холода. Некоторым вода чуть выше колена, а некоторым (не будем уточнять) ... по самый фотоаппарат. Потом – скалистый каньончик, немножко скалолазания и кедровый лес. Кедр цветет. Удивительное, благородное дерево. И, странное дело, в это же время у него уже есть шишки. Их можно поджаривать в костре.

Озеро Дорош-Кёль – в переводе Красивое озеро. Каскады многочисленных водопадов и водопадиков, на самой границе леса и альпийских лугов... Сине-фиолетовые шарики цветов оказались самым настоящим луком. Альпийским. Он на вкус чуть помягче нашего. Едим его просто кустами и пучками.

Погода меняется очень быстро, в течение часа может пойти дождь и тут же светить солнце. Вечером фотографировали обалденную радугу, опять все маньяки схватили свои крупнокалиберные фотики и побежали искать ракурсы съемки.

А перед самым сном решили заварить драгоценный трофей – золотой корень. Николаев рассказал, как его надо почистить и сколько накидать, и ребята решили накидать от души.  Заварили целое ведро. И давай пить кружками, как чай. У меня промелькнула мысль, что напрасно мы это делаем, на ночь глядя. Корешок-то тонизирующий. На всякий случай осторожно выпила 4 глотка и оставила в кружке на утро.

Оказалось, что зря я выпила эти 4 глотка. В общем, стонизировало меня так, что заснуть я в ту ночь не смогла ни одной минуты. Впрочем, всех остальных тоже слегка стонизировало. Николаев у костра часов до 3 ночи рассказывал свои нескончаемые байки, потом они все же угомонились и пошли спать. А я мучительно ворочалась между сопящих тел в спальниках и ждала, когда же наконец наступит утро...

А на следующий день был длинный-длинный переход обратно вброд через речку, к ожидающим нас Насте, Андрею и Лене, к Кучерлинскому озеру, к йогам, восточным единоборцам и к нашей оставленной заброске. За день мы должна сбежать вниз к тому месту, от которого мы поднимались 2 дня.

Это был, наверное, самый тяжелый для меня день.

Уже в обед мне хотелось остаться где-нибудь под елочкой и заснуть. А к вечеру я просто падала. Эти мокрые скользкие валуны и корни, которые все время  приходилось перепрыгивать, я думаю, запомню надолго. Я еле плелась позади всех. Сережка с Андрюхой остались со мной, чтобы не потерять меня в лесу. Темнело. Дело закончилось тем, что Серега взял мой рюкзак и повесил его себе на животе. Так и шел с двумя рюкзаками, один впереди, один сзади. Когда мы доплелись до стоянки, уже стояли несколько палаток. Мне хотелось лечь на рюкзак и никуда больше не шевелиться. Но золотой корешок – великая вещь. Наверное, он все еще продолжал тонизировать. :) Поэтому и палатку мы поставили, и у костра еще посидели, и ужин сварили.  А потом я наконец-то выспалась!!!

И на утро было солнце, и жизнь опять наладилась. 
С утра я поняла, что могу идти дальше. С утра идем в наш тайник и забираем продукты. Медведи, туристы и суслики их не съели, мы вывалили это все посреди полянки и оказалось, что остается 5 походных дней, а продуктов тут дней на 15.

И как же Костя считал? И мы перли 2 дня всю эту неимоверную гору, а теперь оказывается, что надо часть продуктов оставлять здесь. Прямо на поляне, на развилке троп, в деревянной беседке.
2 большущие шайбы сыра… Болванки такие,  в магазинах продают. А также банок  20 сгущенки, какие-то крупы, подсолнечное масло, консервы...

Костя перед самым выходом открывает и съедает баночку сайры…Потом долго смотрит на сгущенку... И открывает баночку сгущенки. 
Интересуюсь, не будет ли ему после этого нехорошо? :) Он отвечает, что ему будет хорошо.

Сколько смогли, съели, сколько могли, разобрали себе заначки по рюкзакам. Потом еще некоторое время походили возле кучи, взвешивая на руке пакетики и баночки. Я положила себе сайру и сгущенку. Потом посмотрела на перевал, вспомнила вчерашний день, и выложила сайру.

Потом отрезала и положила кусок сыра от той большой болванки. Посмотрела на перевал и выложила кусок сыра. Потом отрезала от него половину и все же положила.

Пишем записку проходящим группам, которым повезет первыми оказаться у этой деревянной беседки.

Дальше нам опять наверх, к перевалу. Узкий каньон с шумящей рекой и водопадами, классная погода и выспанное состояние! Каждый день так непредсказуем. Встречаем группу чехов, они идут как раз с перевала. Обрадовали их сообщением, что внизу на развилке из ждет целая куча продуктов, они сказали, что как раз уже совсем на мели и практически им нечего есть. Ну вот, будут вспоминать в своей Чехии нашу сайру и сардину.

Лес заканчивается на высоте около 2 500м. Снизу из долины ползут темно-фиолетовые многообещающие тучи. Долгий-долгий затяжной, монотонный подъем. Медитация просто. Идем в состоянии легкой отрешенности и как бы на автопилоте. Может, это нирвана? Сегодня у меня открывается какое-то второе дыхание. Впрочем, второе ли?  Наверное, уже 82-е... Или 182-е. Потихонечку идешь, идешь в этом монотонном ритме, и не хочется даже останавливаться, чтобы не сбить дыхание. На высоте 3 000 становится все холоднее и холоднее. Вот и снег. Здесь он не тает никогда.

И тут начинается гроза с градом. Прячемся под тент, пересиживаем. Мужики достают заначки из рюкзаков. Съедаем сайру и сгущенку, без ничего, прям как Костя. Действительно, нормально пошло. Интересно, если дома попробовать такое блюдо? Представила - приезжаю домой, достаю консервы в масле без хлеба... и закусываю сгущенкой. А под тентом, под градом, нормально.  Настя (которая беременная) говорит, что дома ей наверное еще долго будет сниться  ведро риса с сайрой...


Хочу лимон... Слопала бы его сейчас целиком, без сахара и с кожурой. Странные мысли приходят под барабанную дробь града.


А потом было опять солнце, и перевал. И опять радуга, и дождь. К вечеру наконец спускаемся к лесу, к кедрам. Приятно знать, что будет костер. Вот оно, озеро Ак-Кем. У самого подножья Белухи. Говорят, она не всем и не сразу разрешает себя увидеть. Постоянно прячется в тучах. Алтайцы относятся к ней с особым благоговением.

Здесь метеостанция и альплагерь. Здесь нам жить 3 дня, отсюда будем ходить радиально к леднику и по окрестностям.
Белуха неохотно приоткрылась нам на следующий день. Ее Ак-Кемская стена, 800 м., снизу кажется практически отвесной плитой... Очень даже внушительное зрелище. Почему ее назвали таким именем? Белуха. Ледник Ак-Кем, стена Ак-Кемская, озеро Ак-Кем.  А она почему-то Белуха. Явно, Алтайское название было другим.
Ее хочется фотографировать без конца. И тоже почему-то хочется назвать Ак-Кем.
  
На следующий день все разбрелись по окрестностям. Кто – к леднику, кто в долину 7 озер, Настя с Леной поселились в деревянном домике в альплагере, чуть ниже по реке. В Долине 7 озер – тоже говорят, место какое-то мистическое. Есть там большой валун, ребята видели - лежат на нем какие-то тетки, раскинули руки и «впитывают» Космос. Почему я раньше не почитала об этих местах? Оказывается, все эти пожилые бабушки шли именно сюда, к этому камню, в эти места.

7 озер располагаются клином, одно посередине, и от него, как клин журавлей, 3 справа озерца, и 3 слева. Совсем небольшие, с высоты сине-зеленые озерца. Где-то недалеко, говорят,  есть еще озеро горных духов (кругом одна мистика, шаманы и энергетика).

Местный метеоролог рассказывал нам, что эти места действуют и на него. Сидит он тут на метеостанции целый год... И созерцает. Зима с беспролазными снегами заваливает их маленькие домики. И ему совсем не хочется в город, не хочется в суету. Жена осталась в цивилизации, не захотела жить с ним здесь. А ему тут хорошо. Пишет книгу. «Смех ласточки». Подарил мне авторский экземпляр, пишет ее продолжение. Со стороны все это может быть и выглядит странным... Но есть здесь что-то такое, куда хочется возвращаться снова и снова.

Местные жители, надо сказать, хоть и благоговеют перед Белухой, но в летний сезон денежку на извозе зарабатывают. Подвозят сюда желающих приобщиться к Космосу. Ехать на лошадях от поселка сюда 2 дня через перевал. И лошади тут курсируют, как такси.
И почему мы не подумали об этом, когда у нас были тяжеленные рюкзаки?
Вечером в альплагерь обычно приезжает небольшая группа, алтайцы снимают с усталых, мокрых лошадок груз, и отпускают их на пастбища.
Пробуем договориться, чтобы тоже поехать до поселка. Алтаец Витя имеет 6 свободных лошадей,  наши участники, впрочем, не все хотят ехать. Не все готовы платить 550 рублей в сутки,  да и желания особого нет ехать верхом.  Нас как раз и набирается 6 желающих. Очень все удачно складывается. 

Итак, утром выезжаем! Наша группа опять разделяется, мы едем, они идут пешком. Утром Витя седлает всех лошадей, распределяет грузы.
Наши ребята нас провожают, и мы начинаем подъем по тропе на перевал.
Витя несказанно рад, что все наши участники смогут сами залезать в седло и сами слезать. Жалуется, мол,  вез сюда женщин крупных, пожилых, с огромным грузом... Каждую приходилось садить на лошадь и каждую снимать. И лошади, и сами женщины, и проводник,  измучились, и вместо 2 дней добирались 3.  Вдобавок,  не хотели доплачивать за третий день пути. Ну что ж. И здесь бывают издержки производства.

С нами Вите повезло. И лошадкам повезло. (А уж моей, так точно.) И рюкзаки у нас легкие, да и сами всадники тоже. В трудных местах, где круто или крупные валуны,  мы идем пешком и ведем лошадей за собой. Чуткие, умные зверюги.    Когда чувствуют, что опасно, прижимаются поближе к человеку, видят, что человек  здесь прошел, значит  можно. Не так страшно идти следом. Все-таки человек может карабкаться по скалам, как ящерица, лошадям пройти в горах гораздо сложнее. Среди них явно тоже есть разделение по силам. Лешкин конь уже совсем мокрый. Просто физически чувствуется, как ему трудно на этом подъеме. Он тяжело дышит и иногда останавливается сам, не в силах идти дальше.
Андрюхиному Воронку нагрузили самый тяжелый рюкзак и самого тяжелого Андрюху. Но Воронок мощно идет в гору, обгоняя всех остальных. Нам с высотой становится все холоднее. А лошадям все жарче. К концу дня я уже так вросла в седло, что казалось, это я переступаю камни своими удлинившимися ногами и копытами. Было ощущение, что стала Кентавром. И еще набила «пятую точку» В самолете обратно, пожалуй, буду лететь стоя... :)

Второй день нашего конного маршрута был уже не таким высокогорным. Мы спускались все ниже и ниже. Дороги стали равнее, долины шире. Лошади уже знали, что скоро дом, и приходилось с трудом сдерживать их, чтобы они не скакали по этим долинам. Нашу беременную Настю, беднягу, совсем растрясло, она все чаще шла пешком рядом с лошадью.

И вот опять мы в поселке Тюнгур. Витек зовет нас вечером к себе домой, угостить молоком.
Не думала, что смогу выпить залпом почти литр молока… Какие открытия. Смогла! И ничего. В махоньком местном магазинчике, оказывается, есть лимоны!
Правда, целый лимон съесть не получилось. Осилила только половину, но с кожурой и без сахара, как и хотела. А еще в одном доме продавали удивительный высокогорный мед. Янтарный и прозрачный. И еще купили КАРТОШКУ!!!! Сегодня у нас будет не рис с сайрой, а наконец-то настоящая картошка!!!!!  Это надо прочувствовать, чтобы понять.
Ставим палатки, купаемся в Катуни у того же подвесного моста.

Вот и все...
«Вот и закончилось все, расставаться пора».
На следующий день встречаем всех наших остальных, которые шли пешком. И был опять долгий путь до Барнаула. На все той же «Газели», которая приехала нас забирать. И опять самолет до Москвы.
И около тысячи отснятых фоток... И Белуха - заставкой на экране монитора. 
Как раз в тот момент, когда она чуточку приоткрыла от облаков свою вершину.

«Мы — больные дети асфальта и не сможем навсегда остаться в таежной гармонии, потому что просто погибнем здесь от зимы без заложенных с пеленок навыков и привычек. Сюда мы словно ныряем за потерянным когда-то жемчугом. Потом городская суета вновь будет пытаться затянуть нас в назойливые объятья. И какие-то люди будут что-то бессвязное говорить. И какие-то мелкие дела будут прикидываться важными и неотложными. Но мы теперь точно знаем, что такое реальность. Никто не сможет похитить память и осознание масштабов. Никто не сможет заставить вновь играть глупую роль в бездарном бытовом шоу — произносить заношенные тексты, и воспроизводить ожидаемые жесты. Многое из понятого размоется, но останется чувство тоски о покинутом родном доме, где под хрустальными сводами небес парит одинокая страж-птица. И останутся немногие удавшиеся фотографии, в которых совпало творческое понимание и техническое воплощение.»



Jot cannot load because the snippet code version (1.1.4) isn't the same as the snippet included files version (1.1.5). Possible cause is that you updated the jot files in the modx directory but didn't update the snippet code from the manager. The content for the updated snippet code can be found in jot.snippet.txt

(последний раз редактировалось: 17 июня 2014 в 1:18 )